Вы здесь

Емелин против России (Жалоба № 41038/07)

 

НЕОФИЦИАЛЬНЫЙ ПЕРЕВОД

 

АУТЕНТИЧНЫЙ ТЕКСТ РАЗМЕЩЕН

НА САЙТЕ Европейского Суда по правам человека

www.echr.coe.int

 

в разделе HUDOC

 

 

 

ПЕРВАЯ СЕКЦИЯ

 

 

ДЕЛО «ЕМЕЛИН против РОССИИ»

 

(Жалоба № 41038/07)

 

 

 

 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

 

 

 

г. СТРАСБУРГ

 

10 октября 2013 г.

 

 

 

 

 

Настоящее постановление вступит в силу в порядке, установленном в пункте 2 статьи 44 Конвенции. Может быть подвергнуто редакционной правке.


По делу «Емелин против России»

Европейский Суд по правам человека (Первая Секция), на заседании Палаты в составе:

          Изабель Берро-Лефевр, Председатель,

          Элизабет Штайнер,

          Ханлар Гаджиев,

          Линос-Александр Сицильянос,

          Эрик Мос,

          Ксения Туркович,

          Дмитрий Дедов, судьи,

и Андрэ Вампаш, Заместитель Секретаря Секции,

проведя 17 сентября 2013 года совещание по делу за закрытыми дверями,

выносит следующее постановление, принятое в тот же день:

ПРОЦЕДУРА

1. Дело было инициировано на основании жалобы (№ 41038/07), поданной в Европейский Суд гражданином России Алексеем Алексеевичем Емелиным (далее – «заявитель») 6 августа 2007 года против Российской Федерации в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее – «Конвенция»).

2. Интересы заявителя, которому была предоставлена ​​юридическая помощь, представлял Т. Мисакян, адвокат, практикующий в г. Москве. Интересы Властей Российской Федерации (далее — «Власти») представлял Г. Матюшкин, Уполномоченный Российской Федерации при Европейском Суде по правам человека.

3. Заявитель утверждал, в частности, что он содержался под стражей в условиях, не совместимых со стандартами, установленными статьей 3 Конвенции, и что судебное постановление, вынесенное в его пользу, не было исполнено.

4.  27 мая 2010 года жалоба была коммуницирована Властям. Суд также решил рассмотреть жалобу по существу одновременно с решением вопроса о ее приемлемости (пункт 1 статьи 29).

ФАКТЫ

I. ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ДЕЛА

5. Заявитель, 1971 года рождения, проживает в г. Аликанте, Испания.

А. Уголовное судопроизводство в отношении заявителя

6. 7 июля 2004 года заявитель, работавший в то время в милиции, одолжил М. 20 000 рублей. Последняя отказалась возвращать долг. В неустановленную дату, с целью заставить М. вернуть долг, заявитель обманом выманил у нее заграничный паспорт.

7. 14 января 2007 года М. впустила К., друга заявителя, в свою квартиру. К. велел ей вернуть долг, чего она не смогла сделать. Тогда заявитель ворвался в квартиру М. и начал бить ее. М. получила закрытую травму черепа и переломы ребер, и затем лечилась в больнице.

8. 15 января 2007 года М. пожаловалась на побои в местный отдел внутренних дел, где заявитель служил сотрудником милиции. 19 января 2007 года она подала жалобу в прокуратуру, утверждая, что 14 января 2007 года заявитель вошел в ее квартиру против ее воли.

9. 1 февраля 2007 года прокуратура возбудила уголовное дело по жалобе М.

10. 5 февраля 2007 года с заявителя была взята подписка о невыезде.

11. 9 февраля 2007 года Вольский городской суд распорядился о временном отстранении заявителя от занимаемой должности. Заявитель не обжаловал данное решение.

12. 10 февраля 2007 года заявителю были предъявлены обвинения в незаконном проникновении в жилище и нанесении телесных повреждений.

13. 19 апреля 2007 года заявителю было предъявлено обвинение в злоупотреблении должностными полномочиями.

14.  26 апреля 2007 года Вольский городской суд получил материалы дела.

15. 31 мая 2007 года заявитель дал интервью местной газете, заявив, что один из свидетелей обвинения испытывал к нему неприязнь и дал показания против него из мести.

Б. Содержание заявителя под стражей в ходе предварительного следствия и приговор

16. 15 июня 2007 года Вольский городской суд установил, что заявитель угрожал М. и другим свидетелям с целью запугивания, и распорядился о заключении заявителя под стражу на период предварительного следствия. 2 июля 2007 года Саратовский областной суд оставил постановление от 15 июля 2007 года без изменений.

17. 17 августа 2007 года городской суд признал заявителя виновным в незаконном проникновении в жилище, умышленном причинении средней тяжести вреда здоровью и похищении[1] паспорта М., и приговорил его к двум годам лишения свободы условно и штрафу. Заявитель был освобожден в зале судебного заседания.

18. 1 ноября 2007 года Саратовский областной суд, рассмотрев дело в порядке кассации, оставил приговор без изменения.

В. Условия содержания под стражей и транспортировки

19. С 15 июня по 17 августа 2007 года заявитель находился под стражей поочередно в изоляторе временного содержания в Вольске и в следственном изоляторе № ИЗ-64/1 в Саратове

1. Изолятор временного содержания в Вольске

20.  Заявитель содержался в камере № 6 в изоляторе временного содержания в Вольске с 15 по 16 июня, с 27 июня по 3 июля, с 11 по 19 июля и с 27 июля по 17 августа 2007 года.

(а) Описание, представленное Властями

21. По утверждению Властей, камера, где содержался заявитель, была размером 5,85 кв.м. и в ней стояло две кровати. В первые два периода содержания под стражей заявитель находился в камере один. В течение последующих двух периодов вместе с заявителем в камере находился другой сокамерник. В камере не было окон и она освещалась лампочкой 200 ватт. В камере также не было туалета; сокамерники вынуждены были пользоваться ведром, которое стояло в 1,5 метрах от кроватей и в 3,5 метрах от обеденного стола. Ширма, отделяющая «туалетную зону» от остальной камеры, отсутствовала. В изоляторе временного содержания не было прогулочного плаца и содержавшиеся в изоляторе вынуждены были все время находиться в камерах.

(b Описание, представленное заявителем

22. По словам заявителя, он содержался под стражей в камере без окон, размером 1,3 кв.м.. В камере не было ни туалета, ни проточной воды. Заявителю приходилось использовать стоящее в камере ведро как в качестве туалета, так и в качестве раковины. Раз в день ему разрешалось выносить ведро. Выданные ему матрас и подушка были грязными и дурно пахли. Не были предоставлены постельные принадлежности. Камера была полна мышей. Принудительная вентиляция включалась не более чем на сорок минут в день. От постоянного зловонного запаха в камере заявителя тошнило и у него болела голова. Во время дождя через один из углов текла вода и затапливала камеру. Бетонные полы были все время сырыми. Стены были покрыты плесенью. Из-за постоянной сырости в камере у заявителя появилась боль во время дыхания.

23. В камере не было естественного освещения. Она освещалась лампочкой мощностью 40 ватт. В изоляторе временного содержания не было прогулочного двора и заявитель был вынужден находиться в камере круглые сутки. Завтрак состоял из одного кипятка. На ужин сокамерники получали холодные остатки обеда.  Пища, которую давали на ужин, часто была прокисшей из-за отсутствия холодильников в изоляторе временного содержания.

2. СИЗО № ИЗ -64/1 в г. Саратове

(а) Описание, представленное Властями

24. Описание условий содержания заявителя в следственном изоляторе № ИЗ-64/1 в Саратове, представленной Властями, можно кратко изложить следующим образом:

Период содержания

Номер камеры

Площадь (в квадратных метрах)

Количество заключенных

Количество коек

16-18 июня

18

21,2

4-5

5

19-26 июня

117

8,1

2

2

4-10 июля

18

21,2

4-5

5

20 июля

18

21,2

4-5

5

21-24 июля

207

8,05

2

2

24-26 июля

138

8,05

2

2

25. В каждой камере имелось одно окно, которое обеспечивало достаточный доступ дневного света. Окна были закрыты металлическими решетками с ячейками площадью 200 кв. см. Все камеры в следственном изоляторе были оборудованы системой принудительной вентиляции, находившейся в исправном состоянии. Свет был все время включен. С 6 часов утра до 10 часов вечера камеры освещались лампочками мощностью 100 ватт, с 10 вечера до 6 утра - лампочками мощностью 40 ватт, с целью безопасности и наблюдения.

26. В каждой камере имелся туалет, отгороженный от жилой зоны перегородкой высотой 1,5 метра. Расстояние между туалетом и обеденным столом составляло не менее двух метров. Заключенные имели право на ежедневную прогулку продолжительностью не менее часа.

(b Описание, представленное заявителем

27. Заявитель не оспорил сведения, представленные Властями, в отношении периодов его содержания в следственном изоляторе и номера камер, где он содержался. Он предоставил следующие дополнительные данные касательно размера камер и количества содержавшихся в них заключенных:

Номер камеры

Площадь (в квадратных метрах)

Количество заключенных

18

21,2

10

117

8

3

207

7

3-4

138

7

2

28. В каждой камере было окно, закрытой тремя слоями металлических решеток, с ячейками размером 100 кв. см. Окно обеспечивало достаточный доступ дневного света. Свет был все время включен. В камере № 117 не было обеденного стола. Туалет находился в углу камеры на расстоянии не более 1,5 м от обеденного стола и не более 2 м от ближайшей койки. Туалет был отгорожен кирпичными стенами без дверей, и не обеспечивал никакого уединения. Система принудительной вентиляции была недостаточно мощной, чтобы удалить запах, идущий от туалета. Горячей воды не было; в период с 5.45 до обеда не было и холодной проточной воды. Ежедневно заключенным разрешалась прогулка в течение одного часа, которая отменялась в случае дождя. Пища была скудной и крайне низкокачественной. Соленая капуста была протухшей и имела дурной запах, картофель был черным и гнилым. Молоко было прокисшим или в нем был серый осадок. Рыба была протухшей. Фруктов или овощей не давали.

29. По словам заявителя, все письма, которые он посылал семье и друзьям, вскрывались и просматривались.

3. Условия перевозки

(а) Описание, представленное Властями

30. По показаниям Властей, в дни перевозки заявителя из следственного изолятора и изолятора временного содержания, ему давали сухой паек. Он получал 300 г печенья, 30 г концентрата супа, 168 г концентрата второго блюда, 40 г сахара и 2 г чая. Заключенных сажали в специальные фургоны и везли на железнодорожную станцию. Так как заявитель был бывшим сотрудником милиции, его сажали в отдельную секцию фургона. Время поездки не превышало двадцати минут. По прибытии на станцию заключенных сажали в железнодорожные вагоны. Каждый раз у заявителя было отдельное спальное место. Поездка на поезде длилась от шести до восьми часов. Заявителя обеспечивали кипятком для заваривания пищевых концентратов и для питья. Ему разрешалось пользоваться туалетом. По прибытии заключенных вновь сажали в фургоны и отвозили в соответствующий следственный изолятор.

(b Описание, представленное заявителем

31. По словам заявителя, в дни, когда его перевозили из следственного изолятора и изолятора временного содержания, а именно, 27 июня, 3, 11, 19 и 27 июля 2007 года, поездка длилась от восьми до шестнадцати часов. Еду не давали. Заключенные находились в купе размером 1,2 - 2 кв. м. Во время первых четырех перевозок в одном купе было трое заключенных, включая заявителя, а во время пятой перевозки в купе находилось четверо заключенных, в том числе и заявитель. В купе площадью 1,2 кв.м было три койки и заявителю приходилось делить спальное место с другим заключенным.  Во время поездки заключенным один раз давали воду и один раз разрешали пользоваться туалетом. Остальное время для справления нужды им приходилось пользоваться пластиковыми пакетами или бутылками прямо в купе.  В туалете железнодорожного вагона не было раковины.

32. Заявитель представил два показания заключенных В. и Н., которых перевозили вместе с ним 3 и 11 июля 2007 года, соответственно. И В., и Н. подтвердили описание условий их перевозки, представленное заявителем. В частности, В. сообщил следующее:

«... 3 июля 2007 года заявитель и я были помещены в железнодорожный вагон.... для перевозки в следственный изолятор № ИЗ-64/1 в Саратове. Мы прибыли в Саратов около 2 часов ночи (поездка длилась шестнадцать часов). Во время поездки нам один раз разрешили воспользоваться туалетом и один раз дали воды. Мы находились в купе размером 2 квадратных метра, где было три спальных места. Нам не давали ни еды, ни горячей воды, там отсутствовали какие-либо удобства».

Г. Гражданское судопроизводство, инициированное заявителем, и исполнение постановления, вынесенного в его пользу

33.  После того, как он был освобожден от занимаемой должности в период ведущегося уголовного расследования (см. выше пункт 11), заявитель подал иск против местного отдела внутренних дел в связи с утраченным заработком.

34. 26 сентября 2007 года Фрунзенский районный суд Саратова удовлетворил иск заявителя и обязал местный отдел внутренних дел выплатить заявителю месячную заработную плату в сумме 7 806, 70 рублей за время временного отстранения его от занимаемой должности, а также возместить судебные и иные расходы.

35. 23 октября 2007 года районный суд внес поправки в резолютивную часть постановления от 26 сентября 2007 года и постановил, что местное отделение внутренних дел обязано выплатить заявителю 36 833,14 рубля за незаконное временное отстранение от должности в течение периода с 1 июля по 1 ноября 2007 года.

36. 15 ноября 2007 года Саратовский областной суд оставил постановление от 26 сентября 2007 года без изменений, рассмотрев его в кассационном порядке.

37. 13 декабря 2007 года судебный пристав получил исполнительный документ.

38. Как оказалось, в тексте исполнительного документа были определенные технические ошибки и 27 февраля 2008 года заявитель обратился в районный суд с просьбой исправить их.

39. 18 марта 2008 года районный суд обязал местный отдел внутренних дел выплатить заявителю общую сумму 36 833,17 рублей в связи с неисполнением властями постановления от 26 сентября 2007 года. В неустановленную дату заявитель направил исполнительный лист в службу судебных приставов.

40. 21 апреля 2008 года судебный пристав закрыл исполнительное производство и вернул оба исполнительных листа заявителю, указав, что исполнение данных постановлений в пользу заявителя не входит в компетенцию службы судебных приставов.

41. 25 сентября 2009 года районный суд уточнил содержание постановления от 26 сентября 2007 года и обязал местный отдел внутренних дел выплатить заявителю задолженность в сумме 68 059,90 рублей за период с 9 февраля по 1 ноября 2007 года.

42. В неустановленную даты заявитель попросил суд скорректировать присужденную сумму с учетом продолжительного периода неисполнения постановлений, вынесенных в его пользу, и присудить ему 83 901,53 рубль ввиду утраченного заработка, 1 248 рублей - в счет возмещения судебных расходов и 1 000 рублей - в счет возмещения иных расходов.

43. 28 октября 2009 года районный суд удовлетворил иск заявителя и присудил ему сумму 84 846, 45 рублей, разбив ее следующим образом: 82 597 рублей - в качестве компенсации утраченного заработка; 1 248 рублей - возмещение судебных расходов (дорожных и почтовых); 1 000 - возмещение расходов на юридическую помощь.

44. 22 апреля 2010 года заявитель направил исполнительный лист в Управление Федерального казначейства. 18 мая 2010 года присужденная сумма была переведена на его счет.

Д. Уголовное судопроизводство в отношении М.

1. Клевета

45. 5 февраля 2008 года заявитель инициировал уголовное производство против М., обвинив ее в клевете.

46. 22 мая 2007 года мировой судья вынес оправдательный приговор. В неустановленную дату приговор был оставлен в силе вышестоящей инстанцией. 9 октября 2008 года Саратовский районный суд рассмотрел кассационную жалобу и оставил вынесенный приговор без изменений.

2. Лжесвидетельство

47. 21 января 2009 года прокуратура отказалась возбуждать уголовное дело в отношении М. по обвинению в лжесвидетельстве.

II.  СООТВЕТСТВУЮЩЕЕ НАЦИОНАЛЬНОЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО

А. Условия содержания под стражей

48.  Федеральный закон «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», с соответствующими поправками («Закон о содержании под стражей»), вступивший в силу с 21 июня 1995 года, предусматривает, что подозреваемые и обвиняемые, находящиеся под стражей в ожидании расследования и судебного разбирательства, содержатся в следственных изоляторах (статья 8). Подозреваемые и обвиняемые, содержащиеся в следственных изоляторах, могут переводиться в изоляторы временного содержания в случаях, когда это необходимо для выполнения следственных действий, судебного рассмотрения дел за пределами населенных пунктов, где находятся следственные изоляторы, из которых ежедневная доставка их невозможна, на время выполнения указанных действий и судебного процесса, но не более чем на десять суток в течение месяца (статья 13). Изоляторы временного содержания при отделениях милиции предназначены для содержания под стражей лиц, задержанных по подозрению в совершении преступлений
(статья 9).

49. В соответствии с Правилами внутреннего распорядка изоляторов временного содержания, утвержденными приказом № 41 Министерства внутренних дел Российской Федерации от 26 января 1996 года, с поправками (в силе на момент задержания заявителя), на одного задержанного должно отводиться четыре квадратных метра жилой площади (п. 3.3. Правил). В них также предусматривается, что камеры изолятора временного содержания должны быть оснащены столом, туалетом, краном для воды, полочкой для туалетных принадлежностей, бачком с питьевой водой, радиоточкой и емкостью для мусора (п. 3.2. Правил). Кроме того, в Правилах содержатся положения о праве задержанных на прогулку, по крайней мере, один час в день в специально отведенном для упражнений месте (пп. 6.1, 6.40 и 6.43 Правил).

Б. Средства правовой защиты в отношении неисполнения постановления Властями

50.  Федеральный закон № 68-ФЗ от 30 апреля 2010 года (вступивший в силу 4 мая 2010 г.) предусматривает, что в случае нарушения права на исполнение окончательного судебного акта заинтересованное лицо имеет право на компенсацию морального вреда[2]. Федеральный закон № 69-ФЗ, принятый в тот же день, привнес в российское законодательство ряд изменений, имеющих отношение к данному делу.

51. Пункт 2 статьи 6 Федерального закона № 68-ФЗ предусматривает, что каждый, чья жалоба по поводу нарушения, подобного указанному в законе, находится на рассмотрении Европейского суда по правам человека, может в течение шести месяцев обратиться с заявлением о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок с указанием в нем даты обращения с жалобой в Европейский Суд по правам человека и номера этой жалобы.

 

III. СООТВЕТСТВУЮЩИЕ МЕЖДУНАРОДНЫЕ ДОКУМЕНТЫ

52.  В применимой выдержке из 2-го Общего доклада Европейского Комитета по предупреждению пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания (далее - «ЕКПП») (CPT/Inf (92) 3) указано следующее:

«42. Задержание полицией в принципе занимает относительно короткий срок... Однако определенные элементарные требования в отношении материального обеспечения должны выполняться.

Все полицейские камеры должны иметь достаточноую площадь для такого числа лиц, которое в ней обычно размещается, соответствующее освещение (т.е. достаточное для чтения, за исключением периода, отведенного для сна) и вентиляцию; желательно, чтобы в камерах было естественное освещение. Кроме того, камеры должны быть оборудованы средствами отдыха (напр., прикрепленные к полу стул или скамейка); а лица, вынужденные оставаться под стражей ночью, должны быть обеспечены чистым матрацем и одеялами.

Содержащимся под стражей лицам следует разрешить отправлять естественные потребности, когда им это необходимо, в чистых и пристойных условиях, и предложить соответствующие условия для мытья. Пища должна предоставляться в соответствующее время, включая полноценное питание, по крайней мере, один раз в  день (т.е. что-либо более существенное, чем бутерброд).

43. Вопрос о том, что можно считать разумным размером камеры (или любого другого помещения для содержания задержанного/заключенного) в полиции, является трудным. При такой оценке должны приниматься во внимание многие факторы. Тем не менее, делегация КПП пришла к выводу о необходимости дать примерные рекомендации в этой области. В настоящее время при оценке камер в полиции,  предназначенных для одиночного содержания в течение нескольких часов, используется следующий критерий (рассматриваемый скорее в качестве желательного, нежели минимального необходимого): около 7 квадратных метров, 2 метра или более от стены до стены, с высотой потолка 2,5 метра».

53. КПП повторил вышеуказанные заключения в своем 12-м Общем докладе (CPT/Inf (2002) 15, пункт 47).

ПРАВО

I.  ПРЕДПОЛАГАЕМОЕ НАРУШЕНИЕ СТАТЬИ 3 КОНВЕНЦИИ

54. Заявитель жаловался на условия содержания в следственном изоляторе № ИЗ-64/1 в Саратове и изоляторе временного содержания в Вольске с 15 июня по 17 августа 2007 года. Он также жаловался на условия, в которых он перевозился из следственного изолятора и изолятора временного содержания. Он ссылался на статью 3 Конвенции, которая гласит следующее:

«Никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию».

А.  Приемлемость

55.  Суд отмечает, что данная жалоба не является явно необоснованной в значении подпункта «а» пункта 3 статьи 35 Конвенции. Далее он отмечает, что она не является неприемлемой по каким-либо иным основаниям. Следовательно, она должна быть признана приемлемой.

Б.  Существо жалобы

1.  Замечания сторон

56. Власти не оспаривали, что условия содержания заявителя в изоляторе временного содержания в Вольске не соответствовали требованиям национальных стандартов и рекомендациям КПП. В то же время, Власти сочли, что факт содержания заявителя под стражей в подобных условиях не доказывает наличие явного намерения унизить его или иным образом задеть его человеческое достоинство. Они также утверждали, что отсутствовали объективные причины того, что власти не обеспечили содержания заявителя в надлежащих условиях в изоляторе временного содержания в связи с продолжающейся реформой мест содержания под стражей. Наконец, они заявили, что обращение, которому подвергся заявитель в результате его содержания в изоляторе временного содержания, не превышало минимального уровня жестокости, предусмотренного статьей 3 Конвенции.  Что касается условий содержания заявителя в следственном изоляторе и условий его перевозки из двух изоляторов временного содержания, Власти считали, что они соответствовали национальным и международным стандартам. Они ссылались на выдержки из регистрационного журнала следственного изолятора и справки, представленные администрацией следственного изолятора в июле 2010 года. Они также представили копии квитанций, подтверждавших выдачу заявителю сухого пайка в дни его перевозки из одного следственного изолятора в другой.

57.  Заявитель настаивал на своей жалобе. Он представил показания В. и Н., содержавшихся под стражей и перевозимых вместе с ним. По мнению заявителя, внутригосударственные органы власти не смогли обеспечить, чтобы его содержание под стражей в указанный период соответствовало требованиям, установленным статьей 3 Конвенции. Его содержание под стражей в ходе предварительного следствия и ненадлежащие условия, в которых он перевозился, представляли собой бесчеловечное и унижающее достоинство обращение, запрещенное указанной статьей, что нанесло серьезный вред его здоровью.

2. Оценка Суда

(а)  Общие принципы

58. Общие принципы, относящиеся к условиям содержания под стражей, были четко установлены в прецедентной практике Суда и обобщены следующим образом (см. дело «Ананьев и другие против России» (Ananyev and Others v. Russia), жалобы №№ 42525/07 и 60800/08, 10 января 2012 г.):

«139. Европейский Суд напоминает, что статья 3 Конвенции закрепляет одну из основополагающих ценностей демократического общества.  Она категорически запрещает пытки или бесчеловечное или унижающее достоинство обращение или наказание, независимо от обстоятельств или поведения потерпевшего (см., например, постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «Лабита против Италии» (Labita v. Italy), жалоба № 26772/95, пункт 119, ECHR 2000–IV). Для отнесения к сфере действия статьи 3 Конвенции жестокое обращение должно достигнуть минимального уровня суровости. Оценка указанного минимального уровня зависит от всех обстоятельств дела, таких как длительность обращения, его физические и психологические последствия и, в некоторых случаях, пол, возраст и состояние здоровья жертвы (см., в частности, дело«Ирландия против Соединенного Королевства»  (Ireland v. United Kingdom) от 18 января 1978 года, пункт 162, Серия A, № 25).

140. Жестокое обращение, которое достигает такого минимального уровня жестокости, обычно включает в себя реальные телесные повреждения или интенсивные физические и нравственные страдания.  Тем не менее, даже в отсутствие этого, если обращение унижает или оскорбляет лицо, свидетельствуя о неуважении или умалении человеческого достоинства, или вызывает чувства страха, тоски или неполноценности, способные повредить моральному или физическому состоянию лица, оно может характеризоваться как унижающее человеческое достоинство и подпадать под действие статьи 3 Конвенции (см.  дело«Притти против Соединенного Королевства» (Pretty v. United Kingdom), жалоба № 2346/02, пункт 52, ЕСПЧ 2002-III, с дополнительными отсылками).

141. В контексте лишения свободы Европейский Суд последовательно подчеркивал, что для отнесения к сфере действия статьи 3 Конвенции испытываемые страдания и унижения в любом случае должны выходить за пределы неизбежного элемента страдания или унижения, связанного с содержанием под стражей.  Государство должно обеспечить содержание лица под стражей в условиях, которые совместимы с уважением его человеческого достоинства, и способ и метод исполнения этой меры не должны подвергать его страданиям и трудностям, превышающим неизбежный уровень, присущий содержанию под стражей, и с учетом практических требований заключения его здоровье и благополучие должны быть адекватно защищены (см. дело Кудлы , упоминавшееся выше, §§ 92-94, и дело «Попов против России» (Popov v. Russia), № 26853/04, § 208, от 13 июля  2006 года).

142. При оценке условий содержания под стражей следует учитывать совокупное влияние этих условий, а также конкретные утверждения заявителя (см. дело «Дугоз против Греции» (Dougoz v. Greece), жалоба № 40907/98, пункт 46, ЕСПЧ 2001-II).  Длительность содержания лица под стражей в определенных условиях также должна учитываться (см., среди других примеров, дело «Алвер против Эстонии» (Alver v. Estonia), жалоба № 64812/01, 8 ноября 2005 г.)».

(b) Изолятор временного содержания в Вольске

59.  Суд отмечает, что он уже рассматривал условия содержания под стражей в изоляторах временного содержания в различных российских регионах и установил, что они нарушают статью 3 (см. дело «Христофоров против России» (Khristoforov v. Russia), жалоба № 11336/06, пункты 22-29, 29 апреля 2010 г.; дело «Недайборщ против России» (Nedayborshch v. Russia), жалоба № 42255/04, пункты 27-33, 1 июля 2010 г.; «Салихов против России» (Salikhov v. Russia), жалоба № 23880/05, пункты 89-93, 3 мая 2012 г.; и «Величко против России» (Velichkov. Russia), жалоба № 19664/07, пункты 54-60, 15 января 2013 г.).

60. Власти не оспорили описание заявителем условий его содержания в изоляторе временного содержания. Они признали, что описанные условия не соответствовали требованиям национальных стандартов и рекомендациям КПП.

61. Комментируя указанные факты, Суд отмечает, что камера, где неоднократно содержался заявитель, была лишена элементарных удобств. В ней не было окна, естественного освещения и доступа свежего воздуха. Там не было туалета или раковины. Если заявитель желал воспользоваться туалетом в ночное время, ему приходилось пользоваться ведром. Наконец, в течение всего периода его содержания под стражей заявитель содержался в камере практически двадцать четыре часа в сутки, без какой-либо возможности физических упражнений и иной деятельности вне камеры.

62.  Суд отмечает, что обстоятельства данного дела весьма схожи с теми, которые он рассматривал ранее в деле Недайборщ, где заявитель содержался в течение нескольких периодов, длившихся от суток до четырех дней подряд, составивших в общей сложности тридцать шесть дней, в переполненных камерах изолятора временного содержания без туалета, проточной воды или возможности прогулки (см. дело Недайборщ, упомянутое выше, пункты 9-16). В деле Недайборщ Суд признал такие условия несовместимыми со стандартами, изложенными в статье 3 Конвенции. В представленных Суду материалах по данному делу он не усмотрел ничего, что позволило бы ему сделать иные выводы.

63. Суд принимает во внимание доводы Властей о том, что в настоящем случае отсутствовало намерение унизить или иным образом оскорбить заявителя. Тем не менее, отсутствие намерения не исключает установление нарушения статьи 3 Конвенции. Даже если вины администрации изолятора временного содержания в этом не было, следует подчеркнуть, что государства в соответствии с Конвенцией несут ответственность за действия государственного учреждения,  поскольку во всех делах, находящихся на рассмотрении в Суде, речь идет о международной ответственности государства (см., среди прочих источников, дело «Новоселов  против России» (Novoselov v. Russia), жалоба № 66460/01, пункт 45, 2 июня 2005 г.).

64. Соответственно, имело место нарушение статьи 3 Конвенции в связи с унижающими человеческое достоинство условиями содержания заявителя под стражей в изоляторе временного содержания в Вольске с 15 июня по 17 августа 2007 года.

(с) СИЗО № ИЗ -64/1 в г. Саратове

65. Суд отмечает, что стороны не оспаривали периоды содержания заявителя в следственном изоляторе, номера камер и их площадь. Суд также отмечает, что Власти представили выписки из журнала учета заключенных, чтобы подтвердить их показания относительно количества заключенных в камерах, где содержался заявитель. Заявитель не оспорил правильность данных, указанных в выписках. Соответственно, Суд принимает как достоверные показания Властей касательно заключенных в камерах следственного изолятора, где содержался заявитель, и считает, что личное пространство, которое было предоставлено заявителю во время его содержания в следственном изоляторе, превышало 4 квадратных метра. Суд также принимает во внимание тот факт, что заявитель не утверждал, что ему не была предоставлена индивидуальная койка или что он не мог свободно передвигаться по камере.

66. Суд также отмечает, что в своей жалобе заявитель делал упор на ненадлежащие санитарные условия в камерах, а также на недостаточность и плохое качество пищи. Однако, Суд не может определить, на основании представленных сторонами материалов, что данные аспекты содержания заявителя под стражей представляли собой бесчеловечное или унижающее достоинство обращение.

67.  Таким образом, на основании имеющегося у него материалов, Суд заключает, что нарушения статьи 3 Конвенции ввиду условий содержания заявителя в следственном изоляторе № ИЗ-64/1 в Саратове, не было (см., для сравнения, дело «Андрей Георгиев против Болгарии» (Andrei Georgiev v. Bulgaria), жалоба № 61507/00, пункты 57-62, 26 июля 2007 г.).

(d) Условия перевозки между местами содержания под стражей

68. Что касается условий, в которых перевозили заявителя, Суд отмечает, что во время перевозок из следственного изолятора и изолятора временного содержания он испытал определенные страдания и лишения. Однако, изучив доводы сторон и имеющиеся материалы, а также учитывая, в частности, количество и продолжительность перевозок из одного места содержания под стражей в другое, Суд не считает, что условия, в которых перевозился заявитель, достигли степени, «превышающей неизбежный уровень страданий, присущий содержанию под стражей». В связи с этим Суд не установил нарушения статьи 3 Конвенции в связи с условиями, в которых перевозился заявитель из мест содержания под стражей.

II. ПРЕДПОЛАГАЕМОЕ НАРУШЕНИЕ ПУНКТА 1 СТАТЬИ 6 И СТАТЬИ 13 КОНВЕНЦИИ, А ТАКЖЕ СТАТЬИ 1 ПРОТОКОЛА № 1

69. Заявитель пожаловался на то, что постановление в его пользу не было исполнено в надлежащий срок. Он ссылался на статью 3 Конвенции. Суд рассмотрит данную жалобу в соответствии с пунктом 1 статьи 6 Конвенции и статьей 1 Протокола № 1 к Конвенции. Суд также решил, по своему усмотрению, рассмотреть данный вопрос в свете статьи 13 Конвенции. Статья 34 Конвенции в соответствующей части предусматривает следующее:

Статья 6

«Каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях... имеет право на справедливое… разбирательство дела… судом…».

Статья 13

 «Каждый, чьи права и свободы, признанные в настоящей Конвенции, нарушены, имеет право на эффективное средство правовой защиты в государственном органе, даже если это нарушение было совершено лицами, действовавшими в официальном качестве».

Статья 1 Протокола № 1

«Каждое физическое или юридическое лицо имеет право на уважение своей собственности. Никто не может быть лишен своего имущества иначе как в интересах общества и на условиях, предусмотренных законом и общими принципами международного права.

Предыдущие положения не умаляют права Государства обеспечивать выполнение таких законов, какие ему представляются необходимыми для осуществления контроля за использованием собственности в соответствии с общими интересами или для обеспечения уплаты налогов или других сборов или штрафов».

А.  Приемлемость

70.  Суд отмечает, что данная жалоба не является явно необоснованной в значении подпункта «а» пункта 3 статьи 35 Конвенции. Далее он отмечает, что она не является неприемлемой по каким-либо иным основаниям. Следовательно, она должна быть признана приемлемой.

Б.  Существо жалобы

1. Пункт 1 статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола № 1

71. Власти признали, что постановления, вынесенные в пользу заявителя, были исполнены с задержкой в два с половиной года. Они утверждали, однако, что заявитель отчасти способствовал чрезмерной длительности исполнительного производства. В частности, 27 февраля 2008 года он обратился в районный суд с просьбой направить исполнительный лист в службу судебных приставов, хотя знал, что исполнение постановлений в его пользу подлежит исполнению казначейством. Наконец, они согласились, что неисполнение заявителем процедуры, предписанной для исполнения постановлений против Властей, могло быть обусловлено, в том числе, объективными факторами, такими как реформа системы исполнения судебных актов.

72. Заявитель утверждал, что задержки в исполнении решений в его пользу представляли собой нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола № 1.

73.  Суд напоминает, что необоснованно длительная задержка в исполнении обязательных судебных решений может приводить к нарушению положений Конвенции (см. постановление Европейского Суда по делу «Бурдов против России» (Burdov v. Russia), жалоба № 59498/00, ECHR 2002‑III Для того, чтобы установить, была ли задержка обоснованной, Суд оценит степень сложности исполнительного производства, поведение заявителя и властей, а также характер компенсации (см. постановление Европейского Суда от 15 февраля 2007 года по делу «Райлян против России» (Raylyanv. Russia), жалоба № 22000/03, пункт 31).

74.  Суд также напоминает, что лицо, в пользу которого судом вынесено решение против государства, не обязано возбуждать процедуру принудительного исполнения (см. постановление Европейского Суда от 27 мая 2004 года по делу «Метаксас против Греции» (Metaxas v. Greece), жалоба № 8415/02, пункт 19). Если решение вынесено против государства, то орган государства-ответчика должен быть надлежащим образом уведомлен о нем и, таким образом, иметь возможность предпринять все необходимые действия для его исполнения или передать его другому компетентному государственному органу, ответственному за исполнение (см. постановление Европейского Суда от 12 июня 2008 года по делу «Акашев против России» (Akashev v. Russia), жалоба № 30616/05, пункт 21). Сложность национальной процедуры исполнения или государственной бюджетной системы не может освобождать государство от его конвенционной обязанности гарантировать каждому право на исполнение обязательного для исполнения и подлежащего исполнению судебного решения в разумный срок (см. дело «Бурдов против России (№ 2)» (Burdov v. Russia (no. 2)), жалоба № 33509/04, пункт 70, ECHR 2009). Когда необходимо содействие взыскателя, это не должно выходить за рамки того, что строго необходимо, и в любом случае не освобождает властей от их обязательства в рамках Конвенции по принятию своевременных и ex officioдействий, на основании доступной им информации в целях исполнения постановления, вынесенного против государства (см. дело Акашева, упомянутое выше, пункт 22).

75. Суд отмечает, что в рамках настоящего дела постановление от 26 сентября 2007 г. было исполнено только 18 мая 2010 года. Он отмечает, что исполнительные производства не были особенно сложными, учитывая характер присужденной суммы, и что никакие существенные задержки не могут быть отнесены на счет заявителя. С другой стороны, Суд не может не учитывать тот факт, что исполнение постановления требовало внесения уточнений и поправок в его первоначальный текст. Суд отмечает, что задержки в результате таких действий относятся на счет внутригосударственных судебных органов. Кроме того, тот факт, что исполнительное производство в соответствующее время было сложным, не освобождает Власти от их обязательства действовать в соответствии с вышеуказанными принципами. В частности, после того, как исполнительный лист поступил в распоряжение властей, они могли применить более практичный подход и направить его в компетентный орган. Следовательно, несмотря на то, что заявитель не указал правильно государственный орган, отвечающий за исполнение постановлений в его пользу, полная ответственность за исполнение судебного постановления лежит на Властях.

76.  С учетом вышеизложенного, Суд считает, что власти не выполнили свое обязательство, вытекающее из положений Конвенции, и поэтому имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола № 1.

2. Статья 13 Конвенции

77. Власти считали, что заявитель располагал эффективным средством правовой защиты в отношении длительного неисполнения постановлений в его пользу. В частности, он мог обратиться в суд с целью корректировки присужденной суммы. В действительности, соответствующий иск заявителя был результативным и частично был удовлетворен национальным судом. Кроме того, заявитель мог подать гражданский иск о возмещении морального вреда в результате длительного неисполнения постановлений в его пользу, как предусмотрено применимым законодательством.

78. Заявитель считал, что на национальном уровне он не располагал эффективным средством правовой защиты.

79. Суд принимает к сведению факт наличия нового средства судебной защиты, которое было введено федеральными законами №№ 68-ФЗ и 69-ФЗ вслед за «пилотным» постановлением, принятым по делу Бурдова (№ 2), упомянутому выше. Данные законы, вступившие в силу 4 мая 2010 года, устанавливают новые средства правовой защиты, которые дают возможность заинтересованным заявителям требовать от государства компенсации за ущерб, понесенный вследствие чрезмерных задержек исполнения судебных постановлений (см. пункт 50 выше).

80.  Суд признает, что с 4 мая 2010 года по 4 ноября 2010 года заявитель имел право использовать новое средство защиты (см. выше пункты 51), которое он, однако, не осуществил.

81.  Суд замечает, что, в вышеупомянутом «пилотном» постановлении он установил, что было бы несправедливо просить заявителей, чьи дела в течение многих лет рассматривались в рамках национальной системы ищущих защиты в Суде, снова подавать иски в национальные суды (см. вышеуказанное дело Бурдова (№ 2), пункт 144). В соответствии с этим принципом, Суд принял решение расссмотреть данную жалобу о неисполнении окончательного постановления в пользу заявителя по существу и установил нарушение существенных положений Конвенции.

82. Однако, факт рассмотрения настоящего дела по существу никоим образом не должен толковаться как ставящий под угрозу оценку Судом качества нового средства правовой защиты. Он рассмотрит данный вопрос в других делах, которые больше подходят для такого анализа. Суд не считает это нужным делать это в настоящем деле, в особенности ввиду того, что замечания сторон были сделаны в отношении ситуации, которая уже имела место до введения в действия нового средства правовой защиты.

83.  Учитывая данные особые обстоятельства, Суд не считает необходимым рассматривать данную жалобу отдельно на основании статьи 13 Конвенции (см., среди других источников, дело «Тхагапсоев и другие против России» (Tkhyegepso and Others v. Russia), жалобы №№ 44387/04, 2513/05, 24753/05, 34770/07, 37169/07, 54527/07, 21648/08, 42081/08, 56022/08, 59873/08, 671/09 и 4555/09, пункты 19-24, 25 октября 2011 г.).

III. ДРУГИЕ ПРЕДПОЛАГАЕМЫЕ НАРУШЕНИЯ КОНВЕНЦИИ

84. Наконец, заявитель жаловался на основании статьи 3 Конвенции, что его незаконное отстранение от занимаемой должности и предположительно несправедливое уголовное преследование серьезно подорвало его здоровье.  Он также жаловался, на основании статей 5 и 6 Конвенции, о незаконности содержания его под стражей в период предварительного следствия. Он жаловался в соответствии со статьей 6 Конвенции на несправедливость отстранения его от должности, уголовного производства в отношении него и оправдательного приговора в отношении М.  Ссылаясь на статью 8 Конвенции, он утверждал, что письма, которые он посылал из изолятора, подвергались цензуре. Наконец, он утверждал, ссылаясь на статью 10 Конвенции, что содержался под стражей из-за интервью, которое он дал местной газете.

85.  Учитывая все материалы по делу, имеющиеся в его распоряжении, а также настолько, насколько данные жалобы находятся в его компетенции, Суд заключает, что в них не раскрываются никакие признаки нарушения прав и свобод, изложенных в Конвенции либо Протоколах к ней. Следовательно, эта часть жалобы должна быть отклонена как явно необоснованная на основании подпункта «a» пункта 3 и пункта 4 статьи 35 Конвенции.

IV. ПРИМЕНЕНИЕ СТАТЬИ 41 КОНВЕНЦИИ

86.  Статья 41 Конвенции предусматривает следующее:

«Если Суд объявляет, что имело место нарушение Конвенции или Протоколов к ней, а внутреннее право Высокой Договаривающейся Стороны допускает возможность лишь частичного устранения последствий этого нарушения, Суд, в случае необходимости, присуждает справедливую компенсацию потерпевшей стороне».

А. Ущерб

87. Заявитель требовал присудить ему 54 475 евро в качестве компенсации морального вреда.

88. Власти посчитали требования заявителя чрезмерными.

89. Суд принимает во внимание, что им установлено нарушение прав заявителя, изложенных в статьях 3 и 6 Конвенции и в статье 1 Протокола № 1. Однако, он признает довод Властей, что требуемая заявителем сумма кажется чрезмерной. Производя оценку на основе справедливости, Европейский Суд присуждает заявителю 5 000 евро в качестве компенсации морального вреда плюс любой налог, который может быть начислен на указанную сумму.

Б.  Расходы и издержки

90.  Заявитель также требовал выплаты 8 833,80 российских рублей в качестве компенсации издержек и расходов, понесенных им в ходе разбирательства в Суде. В частности, он заплатил (1) 6 000 рублей второму адвокату, нанятому им, для представления его интересов в Суде; (2) 1 004,40 рублей дорожных расходов в связи с его поездкой от места жительства в Москву и обратно для встречи с Т. Мисакяном по обсуждению данного дела и подписания доверенности, и (3) 1 829, 40 рублей в счет возмещения почтовых расходов.

91. Власти считали, что, учитывая плохое качество копий квитанций, представленных заявителем, такие документы не могут быть приняты в качестве доказательства того, что данные расходы и издержки были действительно понесены.

92.  В соответствии с прецедентной практикой Суда, заявитель имеет право на возмещение судебных расходов и издержек только в той мере, в какой им было доказано, что такие расходы и издержки действительно имели место, были понесены по необходимости и являлись разумными с точки зрения их размера. В настоящем деле, учитывая имеющиеся в его распоряжении документы, вышеизложенные критерии и тот факт, что заявителю была предоставлена юридическая помощь, Суд отклоняет требование о возмещении расходов и издержек по разбирательству в Суде.

В.  Проценты за просрочку платежа

93.  Суд считает приемлемым, что процентная ставка при просрочке платежа должна быть установлена в размере, равном предельной учетной ставке Европейского центрального банка, плюс три процента.

ПО ЭТИМ ОСНОВАНИЯМ СУД ЕДИНОГЛАСНО:

1.  Объявляет жалобу в части, касающейся условий содержания заявителя под стражей в изоляторе временного содержания в Вольске и в следственном изоляторе № ИЗ-64/1 в Саратове, условий, в которых он перевозился из этих двух мест содержания под стражей, и неисполнения окончательного постановления, вынесенного в его пользу, приемлемой, остальную часть жалобы - неприемлемой;

 

2.  Постановляет, что имело место нарушение статьи 3 Конвенции в связи с условиями содержания заявителя под стражей в изоляторе временного содержания в Вольске несколько раз в период с 15 июня  по 17 августа 2007 года;

 

3.  Постановляет, что отсутствовало нарушение статьи 3 Конвенции в связи с условиями содержания заявителя под стражей в следственном изоляторе № ИЗ-64/1 в Саратове или условиями, в которых он перевозился из изолятора временного содержания в Вольске и следственного изолятора № ИЗ-64/1 в Саратове;

 

4.  Постановляет, что имело место нарушение пункта 1 статьи 6 Конвенции и статьи 1 Протокола № 1 в связи с длительностью неисполнения постановления, вынесенного в пользу заявителя;

 

5.  Постановляет, что отсутствует необходимость рассматривать жалобу на нарушение статьи 13 Конвенции;

 

6.  Постановляет:

(a) что власти государства-ответчика должны выплатить заявителю в течение трех месяцев со дня вступления данного постановления в силу, в соответствии с пунктом 2 статьи 44 Конвенции, 5 000 (пять тысяч) евро в валюте государства-ответчика по курсу, установленному на день выплаты, а также все налоги, подлежащие начислению на указанную сумму, в качестве компенсации морального вреда;

(б)  что с момента истечения вышеуказанного трехмесячного срока до момента выплаты компенсации на данную сумму начисляются простые проценты в размере, равном предельной учетной ставке Европейского центрального банка в течение периода выплаты, плюс три процента;

 

7.  Отклоняет остальные требования заявителя о справедливой компенсации.

Составлено на английском языке, уведомление в письменном виде направлено 10 октября 2013 года в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Суда.

Андрэ Вампаш                                                            Изабель Берро-Лефевр
Заместитель Секретаря                                                        Председатель




[1] Прим. перевод. имеется ввиду ст. 325 УК РФ.

[2] Прим. перевод.: Европейский Суд употребил применительно к названному закону термин «компенсация морального вреда», однако в тексте ФЗ №68 используется термин «компенсация».

03 октября 2014 года
Нашли ошибку на сайте? Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter
Будет отправлен следующий текст:
Можете добавить свой комментарий (не обязательно).